Доктор, я вижу только свои ноги!

Впервые я увидел ее в тысяча девятьсот шестьдесят девятом году. Она появилась у меня на поликлиническом консультативном приеме. На вопрос о жалобах ответила: "Доктор, я вижу только свои ноги", - и горько расплакалась. Приехала она из Башкирии. Мне показалось, что ей далеко за пятьдесят, но оказалось, что всего тридцать шесть!

Родилась в большой сельской семье с хорошим достатком. Росла здоровым ребенком, не болела даже ветрянкой. Не боялась ни жары, ни холода. До поздней осени по холодной росистой траве бегала босиком. Не помнит, чтоб когда-нибудь заболело горло или появился кашель. До посинения купалась в речке и ни в чем не отставала от своих сверстников. А потом - школа с уроками, домашними заданиями, сочинениями, решенными и нерешенными задачами, выученными и невыученными уроками, пионерские сборы, посильная работа в поле и на своем огородном участке, походы всем классом. Закончила семилетку и больше учиться не стала. Пошла работать в колхоз учетчицей. А в девятнадцать лет полюбила парня, который приехал из города помогать колхозу в осенних сельскохозяйственных работах. Любовь оказалась взаимной.

К этому времени Римма А. превратилась в обаятельную красивую девушку с красивой фигурой, смуглым лицом, черными вьющимися волосами и зелеными глазами. Не было у нее отбоя от кавалеров, но понравился тот, городской. Поженились, и он увез ее с собой в город. И в новой замужней жизни все складывалось у Риммы поначалу хорошо. Заботливый, любящий муж, материальный достаток, хорошая квартира, появившиеся дочери - все говорило о полном благополучии. В двадцать шесть лет Римма превратилась в очень красивую женщину, которую редкий мужской взгляд не отмечал удивлением и восхищением! Любимая и любящая жена, мать троих дочерей. Достаток в доме, отменное здоровье. Разве это не счастье?!

Однажды вечером, перед сном, Римма ощутила какое-то неудобство при глотании. Даже не боль, а именно неудобство. С помощью чайной ложки и зеркала "обследовала" горло. Оно показалось ей более ярким по окраске чем обычно. Пополоскала горло крепким чаем. Все прошло и на время забылось. Но только на время! А спустя полгода появились боли в области крестца и особенно справа, в месте соединения крестца с подвздошной костью. Сначала лечилась средствами домашними - соком лопуха, ржаной лепешкой, втираниями. Легче становилось на короткое время, а затем боли возвращались. Временами интенсивность болей значительно уменьшалась, порой они исчезали, а затем появлялись с большей силой. Боли поднимались по позвоночнику кверху и распространялись на всю поясницу.

Врач поликлиники, куда Римма обратилась, сказал, что она больна "радикулитом", что страшного ничего нет и назначенное лечение сделает ее здоровой. Она добросовестно посещала физиотерапевтический кабинет, где ее лечили массажем, электропроцедурами и теплом. Боли как будто несколько смягчились, а может ей это только казалось. В пояснице появилось чувство скованности, временами возникала общая слабость, разбитость. При исследовании крови были обнаружены признаки какого-то воспалительного процесса в организме.

В двадцать восемь лет, через два года после начала заболевания, из статной, красивой молодой женщины Римма превратилась в тяжелобольного человека. Она сильно похудела. Исчезли яркие краски с ее лица. Фигура потеряла изящество и обаяние. Своей строго заданной позой, изменить которую каждый раз становилось все труднее, Римма стала напоминать неподвижную статую, лишенную всех особенностей и возможностей живого тела молодой женщины. Она уже не могла управляться со своими домашними обязанностями. Очень страдала от того, что дом стал запущенным, неухоженным.

Порой боли становились такими сильными, что она даже не могла закончить приготовление обеда. А болезнь захватывала все новые и новые территории. Боли распространялись на грудной, а затем и шейный отделы позвоночника. Жизнь становилась мукой. Ложась в постель она долго "пристраивала" свою голову к подушке так, чтобы по возможности не усилить боли, а с большим трудом вставая с нее, долго приспосабливала свое малоподвижное тело к вертикальному положению. Она не всегда была уверена, что сможет повернуть голову в нужную сторону. Все чаще и чаще такая попытка завершалась сильнейшим приступом болей в шее, голове, особенно затылке.

Объем движений во всех отделах позвоночника катастрофически уменьшался. Движения были очень болезненны, осуществлялись с большим трудом. Римма уже давно перестала получать радость от своего тела - только боли, только огорчение. К тому же она стала замечать, что наряду с ограничениями в движении туловища оно как бы сгибается кпереди. Вначале это наметившееся сгибание было не достаточно убедительным. К утру, если ночь проходила без приступов, сильных болей и Римма проводила ее лежа в постели, это сгибание проходило, и туловище опять становилось прямым. На седьмом году болезни ей сказали, что она болеет не "радикулитом", а болезнью Бехтерева - анкилозирующим спондилоартритом...

Как выяснилось в недалеком прошлом, эта болезнь известна человечеству давно. Среди скелетов людей, живших почти три тысячи лет до нашей эры, найдены такие, позвоночник которых имеет все признаки этого грозного заболевания. Тогда люди конечно не знали причину возникновения, течение, изменения, вызываемые им в организме больного, и, естественно, методов лечения. Может быть в те далекие времена его вообще считали не болезнью, а проклятием божьим!

Сейчас мы хорошо знаем течение этой болезни, ее клинические формы и проявления, какие изменения она вызывает в организме больного человека и чем завершается. Но как в те далекие, очень далекие времена, мы и сегодня не разгадали до конца причину его возникновения, не умеем лечить эту болезнь так, чтобы не оставалось последствий.

В разные времена разные врачи высказывали различные предположения о причинах ее возникновения. Одни считали болезнь передающейся по наследству - наследственной, другие - следствием сифилиса, третьи - последствием ушиба оболочек спинного мозга, четвертые - результатом хронической гонореи. Причем последние утверждали, что анкилозирующий спондилоартрит - следствие хронического гонорейного воспаления предстательной железы и подтверждали это тем, что у некоторых из таких больных, как выяснилось из расспросов, в прошлом наблюдались гнойные выделения из мочеиспускательного канала. Сейчас мы знаем, что это так называемая болезнь Рейтера, вызываемая вирусом и протекающая в виде одномоментного гнойного поражения конъюнктивы глаз, слизистой мочеиспускательного канала, синовиальных оболочек суставов. Синовиты (гнойное воспаление суставов) приводят к анкилозированию позвоночника. Это заболевание лишь внешне похоже на болезнь Бехтерева своим конечным результатом, но в отличие от нее в этом случае возможно самопроизвольное полное выздоровление, чего никогда не бывает при болезни Бехтерева. Многие считали, что в основе болезни Бехтерева лежат гормональные нарушения вследствие неправильной работы желез внутренней секреции. "Виноватыми"в этой болезни считались околотитовидные железы, и задняя доля гипофиза, и поджелудочная железа, и половые железы, и надпочечники, и щитовидная железа.

Было высказано предположение, что в основе болезни Бехтерева лежит ревматоидная инфекция, которая вследствие особых иммунных условий, складывающихся в пораженном болезнью организме, протекает отлично от обычного течения. Это последнее представление о причине возникновения болезни Бехтерева наиболее распространено и в настоящее время.

Чаще всего анкилозирующим спондилоартритом болеют молодые мужчины в возрасте двадцать - сорок лет. Долгое время считалось, что женщины этой болезни не подвержены. Это, кстати, было одним из доводов в пользу гонорейного простатита как причины возникновения болезни, ведь у женщин, как известно, предстательной железы не существует. Жизнь не подтвердила этого предположения. По нашим данным, на каждые двадцать мужчин, страдающих болезнью Бехтерева, приходится одна женщина, по данным венгерских авторов, это соотношение равно десяти к одному.

Возникает и начинается болезнь по-разному. Чаще заболевание протекает так, как оно протекало у Риммы - по типу поясничного "радикулита". Второй вариант начала болезни - воспаление одного, чаще тазобедренного или нескольких суставов. В последнем случае обычно поражаются несимметричные суставы, скажем, на одной ноге - тазобедренный, на второй - коленный. Это характерно для болезни Бехтерева и отличает ее начало от обычного ревматического поражения суставов. Последний, третий вариант начала заболевания протекает по типу острого воспалительного процесса и напоминает собой ревматическую атаку.

Болезнь Бехтерева различается и по охвату поражаемых органов и систем человеческого организма. Известны следующие формы этой болезни.

Центральная форма, при которой поражается только позвоночник. Чаще заболевание начинается снизу - с пояснично-крестцового отдела позвоночника и поднимается кверху, постепенно распространяясь на грудной и шейные отделы позвоночника. Болезнь начинается с болей в области крестца, крестцово-подвздошных сочленений и многие месяцы и даже годы маскируется под "поясничный радикулит", от которого и лечится человек безуспешно в течение очень долгого времени. В это время действительно мало, очень мало ярких, броских признаков проявления болезни можно найти у пациента. Но их вполне достаточно для того, чтобы правильно распознать болезнь. Следует только знать о них, уметь выявить, найти! А это по силам знающему, вдумчивому, толковому доктору!

Со временем, к болям присоединяется чувство скованности, неподвижности грудной клетки и позвоночника. В процесс вовлекаются не только истинные суставы позвоночника, но и реберно-позвоночные сочленения, суставы, обеспечивающие подвижность ребер и грудной клетки в целом при вдохе и выдохе. Как только подвижность в этих реберно-позвоночных сочленениях прекращается, сразу исчезает так называемое реберное дыхание.

Здоровый, нормальный человек дышит за счет подвижности грудной клетки и диафрагмы. Эти две возможности человеческого организма реализуются полноценным, с достаточным резервом в случаях необходимости дыханием. Неподвижность грудной клетки исключает грудное дыхание. Остается только диафрагмальное дыхание - дыхание за счет подвижности диафрагмы, что ставит организм человека в условия, исключающие возможность более значительного, форсированного пополнения организма кислородом, если вдруг в этом возникнет необходимость. Постепенно чувство скованности перерастает в неподвижность вначале отдельных участков позвоночного столба, а затем и всего позвоночника.

Реже заболевание идет по нисходящему типу - сверху вниз. Оно начинается с шейного и шейно-грудного отделов и переходит на грудной и поясничный отделы. В конечном итоге, в поздней стадии течения болезни, неподвижный позвоночник чаще всего искривляется и сгибается кпереди и больной приобретает типичную позу "просителя" со склонившимся "в поклоне" туловищем, усугубляемым сгибанием головы и шеи кпереди. Это финал болезни, очень тяжкий для человека и в моральном и в физическом плане, но не самый плохой. При центральной форме болезни подвижными остаются руки и ноги больного.

Ризомиелическая форма болезни, при которой, кроме позвоночника, поражаются корневые (корень ноги, руки) суставы конечностей - тазобедренные и плечевые, является более тяжелой. Название ее подчеркивает вовлечение в болезненный процесс упомянутых выше корневых суставов. Тяжесть этой формы болезни усугубляется тем, что к неподвижности позвоночника присоединяется неподвижность крупных, основных суставов рук или ног. А если процесс оказывается двусторонним, то положение человека становится трагичным!

Течение болезни проходит те же ступени, как и при центральной форме, но к вышеописанному присоединяются боли в тазобедренных или плечевых суставах. Малейшее движение приводит к резчайшим болям. Защитный рефлекс человеческого организма на эти боли - мышечная контрактура. Вначале ограничения подвижности чисто функциональны и зависят от упомянутого мышечного спазма, чисто защитной реакции, целесообразной для воспалительного процесса в суставе. По мере затихания болезненного процесса объем движений в суставе увеличивается и на первых порах восстанавливается до нормы. При возвратах боли - повторных атаках болезни - все повторяется. И так раз от разу. Болезненный процесс постепенно разрушает суставные хрящи на головке бедра и вертлужной впадине или на головке плечевой кости и суставной впадине лопатки, что приводит к обнажению губчатой кости на концах суставов. Так создаются условия для костного сращения концов костей, формирующих сустав, так образуются неподвижный сустав, его анкилоз!

И если просто согнутому человеку с центральной формой болезни трудно жить на свете, то во сто крат труднее человеку с позой "просителя", дополненной неподвижностью суставов одной или обеих ног или рук.

Так называемая периферическая форма болезни еще более тяжелая. При ней, кроме позвоночника и корневых суставов конечностей, болезненным процессом поражаются и периферические суставы рук и ног - коленные, голеностопные и локтевые. Тогда дело обстоит совсем плохо. Человек полностью теряет возможность управлять своим телом. Он превращается в беспомощное существо, в неподвижное "бревно", которое само не может изменить свое положение в пространстве. Поверни его на бок - он так и будет лежать, обопри о стену - будет стоять прислоненным к стене, пока кто-либо не изменит его положения. Периферической формой болезни Бехтерева страдал легендарный Николай Островский. Периферическая форма болезни имелась и у Николая В., о котором я упоминал ранее. Эта ужасная форма болезни! Поражение не ограничивается позвоночником, руками и ногами. Я рассказывал уже, что у Николая В., наряду с поражением всех упомянутых суставов, оказались пораженными и суставы челюстновисочные, от нормальной деятельности которых зависит возможность открывания и закрывания рта - разговорная речь, жевание, прием пищи вообще. Жизнь таких людей без необходимого лечения становится трудной, просто невыносимой! Ежеминутно, до конца своей жизни они нуждаются в помощи посторонних людей, и их счастье, если рядом есть близкие, преданные им люди, готовые в любую минуту прийти на помощь - покормить, напоить, повернуть в постели. А если таких людей нет?!

Перечисленные выше три формы болезни Бехтерева - основные, с которыми сталкивается моя клиника. Я уже рассказал, что при ризомиелической и периферической формах болезни, кроме операции на позвоночнике, мы - ортопеды - восстанавливаем подвижность в крупных суставах ног, реже - рук. Операции на суставах рук и ног делаются во многих клиниках нашей страны и за рубежом.

Существует еще так называемая скандинавская форма болезни Бехтерева, которая получила свое название из-за большого распространения в скандинавских странах. Характеризуется она поражением мелких суставов кистей и очень напоминает ревматоидный артрит. Наконец, встречается и висцеральная форма болезни, при которой поражаются висцеральные (внутренние) органы: сердце, аорта, почки, а также радужная оболочка глаз. Мне думается, что выделение этой последней формы едва ли целесообразно, так как поражение почек и глаз встречается у больных, страдающих и другими формами болезни Бехтерева. Но такая форма выделена как самостоятельная и описана в нашей специальной литературе.

Вот такой болезнью заболела Римма. К счастью для нее, болезненный процесс захватил только позвоночник. Я сказал "к счастью". Какое же это счастье страдать практически неизлечимой болезнью. Но ведь могло быть гораздо хуже!

К тридцати двум годам Римма превратилась в очень тяжелобольного человека. Туловище ее согнулось кпереди и застыло в этом положении. Какое-то время она могла смотреть вперед за счет сильного переразгибания шеи и забрасывания головы кзади. А когда болезнь распространилась и на этот отдел позвоночника, Римма лишилась и этой возможности. Голова ее склонилась в вечном поклоне. Положение лица стало обращенным к туловищу, и кроме живота и передних отделов стоп Римма уже ничего не могла увидеть. Искривленный позвоночник заявлял о себе и болями. Они возникали и тогда, когда Римма стояла на ногах, когда она лежала в постели. Не существовало такого положения в пространстве, в котором она могла бы обрести хоть короткий, временный покой. Боли стали постоянным спутником ее жизни.

А моральные издержки! В тридцать два года из молодой красивой женщины, пользовавшейся неизменным вниманием и успехом, восхищением и обожанием окружающих, любимой и любящей жены превратиться в существо с искареженным туловищем - в безобразного урода, калеку! Боязнь своим внешним видом испугать встречных прохожих на улице, услышать слово "урод", а то и улюлюканье неумных людей - все это становилось порой выше ее сил. Тяжкая депрессия вначале в виде приступов, сменявшихся надеждой на благополучие, превратилась в постоянную спутницу жизни. Ушли в далекое прошлое театры и концерты. Даже выходы в кинотеатры, которые в своем еще недалеком прошлом были обычным повседневным, радостным событием, стали совершенно невозможны. Со временем отпали посещения даже очень близких друзей. Дом, всегда гостеприимный, веселый, доброжелательный, радостно встречавший пришедших - званных и незванных, постепенно пустел. Он, как и его обитатели, отгородился от всего внешнего, насторожился, потерял веру в людскую доброту. Только самые близкие люди - родители, муж, дети - остались с Риммой. Исчезли друзья, обожатели, просто знакомые люди!

Жизнь превратилась в муку!

И куда только не обращались Римма и ее близкие в поисках излечения. Вот они услышали, что где-то живет волшебник-лекарь, моментально излечивающий риммину болезнь. И "мчатся" они за тридевять земель в поисках чудесного излечения. Надежда, вспыхнувшая на миг (в который уже раз!?), вновь сменяется отчаяньем. Вот в газете появилась большая статья о чудесном народном исцелителе, который все может, которому посильно избавление от любого недуга. И опять попытка получить излечение. В течение последних пяти лет - бесконечные метания по стране в поисках "синей птицы удачи", медицинской "синей птицы", приносящей исцеление. И столь же бесконечные разочарования, безнадежность, тоска. И вот еще один слух, еще одна надежда! Римме рассказали, что видели человека, болеющего такой же болезнью как и она, которого выпрямили в Новосибирской клинике. Что же, еще один луч надежды и последующее разочарование? Ехать или не ехать? Ведь опять - за моря, за леса! Когда Римма все это мне рассказывала, я только удивлялся ее мужеству, ее стремлению как-то улучшить свое состояние, отстоять свою жизнь. И Римма поехала, в который уже раз!

Даже мой наметанный взор врача не увидел, не разглядел истинного возраста Риммы. Показалась она мне старой женщиной, сгорбленной годами и болезнью. Внешне она выглядела ужасно. Туловище согнуто почти вдвое. Когда смотришь на нее спереди-видишь затылок. Не лицо, а затылок! Человек без лица! Кажущиеся неимоверно длинными руки кончиками пальцев почти касаются пола. Самой высокой точкой человека представляется середина круто согнутой спины. Вид сзади не лучше. Ноги. Таз. Поясница... И выше нет ничего. Нет привычных надплечий, шеи, головы, нет привычного абриса человеческого туловища. Человек без головы, без верхней части туловища! А сбоку - сложенное вдвойне туловище женщины с изможденным лицом, застойными венами, набухшими глазами и покрасневшими склерами. Изменить положение туловища Римма не может. Такой согнутой, смотрящей в свое туловище, она стоит, сидит, спит, ест, пьет... живет.

Сомнений в характере римминой болезни у меня не возникло. Детальное обследование, подробное и очень тщательное, подтвердило диагноз. К моменту поступления ее в клинику я уже несколько лет оперировал подобных пациентов и, как правило, получал хорошие результаты.

Я должен, обязан детально разъяснить свои возможности лечить и получать хорошие результаты у пациентов с болезнью Бехтерева. Еще раз повторяю, что, несмотря на все достижения отечественной и мировой медицинской науки, мы до сих пор не умеем лечить эту ужасную и тяжелую болезнь, продолжающую калечить множество людей, чаще мужчин, в расцвете их физических и творческих сил. Нет таких средств, которые могли бы оборвать, прекратить течение этой болезни. Наверное они существуют в природе. Просто мы пока не распознали их, не знакомы с ними и не умеем ими своевременно воспользоваться.

Болезнь Бехтерева вызывает тяжелейшие изменения в органах "опоры и движения" и, в первую очередь в позвоночнике. Устранить эти ортопедические последствия анкилозирующего спондилоартрита трудно, но посильно, в частности мне, моей клинике. При устранении этих тяжелейших последствий болезни Бехтерева оперативным путем я и получал хорошие результаты. Эти хорошие результаты заключались и заключаются в том, что человек становится прямым. Его туловище приобретает нормальные очертания, нормальное положение в пространстве, нормальный, естественный, свойственный ему вид.

Движения в позвоночнике не восстанавливаются. Но изменение туловища и позвоночника в пространстве, изменение биомеханических условий приводят к исчезновению остаточных болей, изменяют условия единственно возможного диафрагмального дыхания, расправляя и увеличивая объем сдавленной в положении сгибания брюшной полости, ограничивающего, блокирующего подвижность диафрагмы. Изменение положения туловища повышает остаточную работоспособность и общую, и профессиональную. И не менее важно, если не главное, - человек становится самим собой! Он становится внешне похожим на себе подобных! Он ничем не отличается от других людей! Он не урод, не калека - он как все! А у отдельных пациентов даже увеличивается объем движений в тех суставах, где под воздействием болезни он значительно уменьшился, но полностью не исчез.

Осмотрев Римму, я сказал ей, что, вероятно, в чем-то смогу помочь. Она не спросила меня ни о чем. Видимо, множество данных ей в прошлом, но не реализованных обещаний подорвали веру в перемены к лучшему. Ей нужны были факты - действительность. Она лишь сказала, что согласна на любую операцию, которую я сочту нужной сделать. Началась предоперационная подготовка. Спирометрия - измерение максимально возможного количества вдыхаемого воздуха - показала у Риммы очень низкие цифры - 1100 мл. Это было примерно в два с половиной раза меньше, чем у нормального взрослого человека ее лет.

С такой "жизненной емкостью" легких в условиях утраченного грудного дыхания в раннем послеоперационном периоде могла возникнуть дыхательная недостаточность и другие легочные осложнения. Причиной этому могло явиться ухудшение единственно возможного диафрагмального дыхания вследствие значительного форсированного растяжения мышц передней брюшной стенки в процессе коррекции - исправления искривленного позвоночника. В процессе растяжения мышцы передней стенки живота, особенно прямые, находившиеся очень долгое время в состоянии бездеятельности, сближения точек их прикрепления вследствие согнутого положения туловища и неизбежно наступающей в этих условиях дистрофии - перерождения мышечных волокон, очень сильно растягиваются, а их отдельные волокна надрываются и даже разрываются. Надрывы и разрывы отдельных мышечных волокон, сопровождающиеся кровоизлиянием в толщу мышц, заставляют больных щадить эти мышцы и избегать их сокращения, что невольно приводит к ограничению подвижности передней брюшной стенки, а, следовательно, и ограничению диафрагмального дыхания. На фоне имеющихся у Риммы низких показателей внешнего дыхания это и могло привести к нежелательным последствиям.

Интенсивная дыхательная гимнастика должна была в какой-то мере увеличить и улучшить работу легких. Эта гимнастика и была назначена Римме. Все другие показатели жизнедеятельности ее организма были терпимыми и характеризовались изменениями, свойственными людям, страдающим анкилозирующим спондилоартритом. В крови было отмечено так называемое увеличение СОЭ, свидетельствующее о наличии достаточно активного воспалительного процесса в организме. СОЭ - это цифра, характеризующая в миллиметрах величину столбика эритроцитов, осевших в стеклянном капилляре в течение одного часа. У нормальных женщин римминого возраста оно бывает равно 6 - 10 мм в час, у Риммы же достигала 57 мм. Мало знающие эту болезнь врачи пугаются таких высоких цифр и сплошь и рядом отказывают больным в целом ряде методов лечения, в частности, в физиотерапии и курортном. Действительно, когда у пациентов, страдающих различными прочими заболеваниями, обнаруживаются такие высокие цифры СОЭ, эти виды лечения противопоказаны. Но у пациентов с болезнью Бехтерева высокая СОЭ - как бы норма длительно болеющего организма, которая не должна служить противопоказанием для лечения, в том числе оперативного. То же самое следует сказать в отношении почек. В анализах мочи этих пациентов почти всегда находят значительное количество белка и эритроцитов, что свидетельствует о длительно текущем хроническом воспалительном процессе в тканях почек. Разумный врач, знающий и понимающий течение болезни, также не посчитает их противопоказанием для лечения.

У Риммы оба эти показателя достигали высоких цифр, что являлось "нормой" для ее состояния. Были назначены массаж туловища и ног, введение витаминов и некоторых других лекарств. А главное, происходила ее психологическая перестройка и подготовка к предстоящему лечению. Первое время она постоянно находилась в своей палате, стесняясь выходить в коридор клиники, в конференцзал института, где для пациентов часто даются концерты и демонстрируются кинофильмы. Ей казалось, что она одна такая на свете с искривленным и исковерканным туловищем. Постепенно эта боязнь за внешний свой вид проходила. Римма освоилась в клинике. Она стала бывать в других палатах, знакомиться с другими пациентами. Все ее удивляло, настораживало - особенно большие гипсовые корсеты, в которых находились пациенты после такой же операции, которая предстояла Римме. Шло время. Она окрепла, освоилась, стала более раскованной. Приближалось время оперативного лечения. Еще и еще раз осматривал я Римму. Еще и еще раз перепроверялись показатели жизнедеятельности ее организма.

Вечером, накануне операции, Римма была спокойной и ровной. Пульс и артериальное давление не выходили за пределы нормальных для нее цифр. "Жизненная емкость" легких достигла 1950 мл. Нина не нашла в ее состоянии ничего особенного, кроме обычных возможных трудностей в процессе интубации, свойственных этой категории больных.

Утром в день операции риммину каталку, на которой ее везли в операционную, сопровождал большой экскорт находившихся в моей клинике больных с бехтеревскими горбами. Их было одиннадцать. Римма, единственная женщина с этой патологией, была двенадцатой. Все мужчины, ее сотоварищи по беде, сочли обязательным сопровождать Римму. Смотреть на это было и приятно, и больно. Я не раз подмечал, как находящиеся в клинике совершенно различные почти по всем показателям люди сближаются, заботятся друг о друге, помогают друг другу, охотно уступают, становятся покладистыми, доброжелательными, услужливыми, уступчивыми. Общее горе. Общие радости. Все это сближает их, куда-то в глубину загоняет эгоизм, нетерпимость, вспыльчивость и другие подобные качества, свойственные людям.

...Интубация прошла успешно. С первой попытки Нина ввела дыхательную трубку в трахею больной и погрузила в наркозный сон. Риммино туловище после придания ему операционной позиции оказалось недосягаемым для работы. Пришлось поставить рядом с операционным столом высокие подставки, на которых расположились я и мои помощники. Я приступил к операции.

Суть предстоящей операции довольно проста. Необходимо на определенном уровне осуществить оперативный перелом позвоночника и разделить его на две части. За счет подвижности в месте перелома изменить соотношение этих двух "отломков" позвоночника, что и придаст туловищу нормальное, свойственное ему вертикальное положение. Все очень просто. Аналогичные операции пересечения кости - остеотомию - мы часто делаем на костях голени, на бедренной кости. Тот же оперативный перелом. То же исправление формы кости за счет изменения соотношений между отломками. Но вертебротомия существенно отличается от остеотомии. Я должен рассечь весь поперечник позвоночника и при этом не задеть, не повредить, не ушибить, не ранить, не сдавить спинной мозг. Манипулируя двумя "отломками" позвоночного столба, я все время обязан помнить, что к верхнему отломку имеется "довесок" в виде грудной клетки с ее органами, шеи и головы, а к нижнему - органы живота, забрюшинного пространства, органы малого таза и собственно таз. Я уж умалчиваю о руках и ногах, особенно ногах, которые иногда, вдруг, преподносят сюрпризы. И о мощных широких кровеносных магистралях, идущих по всему длин- нику позвоночника, которые в процессе коррекции подвержены значительным силовым воздействиям в виде натяжения, а это всегда чревато возможными неприятностями.

...Всякая моя операция начинается с кожного разреза. Сейчас я рассекаю ее линейным разрезом по линии, соединяющей верхушки остистых отростков, начиная от остистого отростка двенадцатого грудного позвонка и заканчивая на уровне первого крестцового. Исхудавшая спина, изогнутая в виде крутой дуги. Подкожной клетчат